О развитии и очередных проблемах латинизации алфавитов

Н.Ф. ЯКОВЛЕВ Революция и письменность, № 2, 1936, стр. 25-38

Движение за латинизацию алфавитов в СССР началось после Октябрьской революции, охватив в первый период тюрские народы. Введение нового латинского алфавита сыграло огромную роль в успехах культурной революции среди национальностей. Борьба за латинизацию, развернувшись как революционная борьба широких масс трудящихся Советского Востока за советскую национальную культуру против средневекового обскурантизма мусульманского и иного духовенства, против местных феодалов и буржуазии, приняли характер яркой классовой борьбы. Латинизированная писъменность, как общедоступное орудие массовой грамотности трудящихся, пришла на смену кастовой грамотности духовенства, феодалов и буржуазии и будучи выработанной в условиях передовой капиталистической техники, латинский алфавит сменил устарелые формы арабского письма, возникшие на основе ручной средневековой техники.

Как же был создан унификационный новый тюркский алфавит? Для тюрко-татарских языков, имевших сравнительно простой звуковой состав в области гласных, еще в первоначальном проекте Азербайджанского алфавита было взято 25 букв (так называемые основные буквы) обычного латинского алфавита[1] и к ним добавлены еще 8 букв (так называемые дополнительные буквы), представляющие собой видоизменения латинских знаков, главным образом, для гласных. Уже в этом первоначальном проекте все дополнительные к основным латинским буквы представляли собой одинарные, а не составные (двойные, тройные и т.д.) литеры и буквы[2]. На I пленуме ВЦК НТА, когда обсуждался и принимался проект унифицированного алфавита, вопрос о принципах и способах создания дополнительных (к латинскому алфавиту) букв был подробно освещен в прениях. Хотя по этому поводу не было сформулировано никакого окончательного решения, тем не менее, как это видно из стенографичеcких отчетов, делегаты пришли к соглашению: во-первых, дополнять латинский алфавит, в основном, одинарными буквами, представляющими собой видоизменение букв основного латинского алфавита, во-вторых, избегать диакритических оторванных от корпуса буквы значков (надстрочных и подстрочных) и в-третьих, избегать дополнения в латинский алфавит таких букв из других не-латинских алфавитов, стиль которых резко противоречит общему стилю латинского алфавита. Уже это соглашение определило собой характер будущего алфавита. Вместе с тем, те немногие ученые специалисты, которые с самого начала участвовали в качестве консультантов в решении вопросов латинизации, определенно стояли на точке зрения так называемой теории фонем: при составлении практического алфавита надо выражать буквами не вообще все в конце концов бесконечное богатство звуковых оттенков каждого языка, а лишь строго ограниченное количество звуков, общественно-выделяемых в речи значением самих слов. Эти общественно-выделенные звуки, «самостоятельные звуки», как их тогда называли, или фонемы, и должны были в алфавите обозначаться отдельными цельными одинарными буквами. Однако с самого же начала было совершенно ясно, что эти технические принципы, положенные в основу унифицированного алфавита, потребуют на практике неизбежных отступлений от них. Возможности изобретения новых форм букв в стиле латинского алфавита, — форм достаточно простых,— довольно ограничены. Все наиболее простые формы букв были уже исторически использованы в самом латинском алфавите. Видоизменять латинские буквы, не прибегая к составным буквам или к отдельным от букв диакритическим знакам, вообще оказалось возможным лишь тремя способами: перечеркиванием латинской буквы, добавлением к ней снизу слитного с корпусом буквы значка — «седиля» и, наконец, путем изобретения новых букв в стиле латинского алфавита (например, перевернутых латинских и т.п.). Перечеркивание, однако, применимо не ко всем буквам. «Седиль» тоже неудобен при буквах, имеющих выступы ниже строки. Возможности перевертывания и изобретения букв также весьма ограничены. Однако даже применение всех этих способов создания новых букв в алфавитах языков, фонетически наиболее богатых, часто не дает возможности образовать достаточное количество добавочных знаков, кроме того, это ведет к чрезмерному увеличению числа типографских знаков в отдельном алфавите. Поэтому в таких случаях приходилось сознательно прибегать к «двойным» буквам (например, в кавказских яфетических языках для изображения долгих гласных в ряде тюрко-татарских языков и т. д.), т.е. к изображению ряда фонем с помощью сочетаний из двух литер. С другой стороны, добавочные видоизмененные буквы менее удобны в применении к гласным, которыми тюрко-татарские языки вообще довольно богаты. Поэтому по отношению к гласным в НТА установилась практика изобретения или новых букв в стиле латинского алфавита или употребление двойных букв (например, для обозначения долготы). Следовательно, в новом унифицированном алфавите в основном буквы представляют собой одинарные, цельные знаки в стиле латинского алфавита. Однако в отдельных случаях для отдельных языков или их группы, во избежание многобуквенности или когда все остальные способы пополнения числа букв латинского алфавита были исчерпаны, прибегали и к составным (двойным) буквам и к отдельным от их корпуса значками (например, знак долготы в алфавитах народов Севера).

Унификация, как мы уже сказали, представляет собой междунациональное объединение алфавитов. Для практического алфавита, в котором одни и те же буквы в различных языках неизбежно будут иметь несколько различающееся произношение, пришлось в отношении унификации ограничиться лишь приблизительным совпадением или звуковым сходством в разных языках фонем, изображаемых одними и теми же буквами. В этом отношении унифицированный алфавит представляет собой, конечно, алфавит относительно унифицированный. Кроме того, приходилось делать и сознательные отступления от фонетической унификации в тех случаях, когда это требовалось соображениями наибольшей простоты и удобства отдельного алфавита. Самый яркий пример этого рода мы имеем в отношении буквы «С» латинского алфавита. В тюрко-татарских языках звук «С» (глухая свистящая африката) довольно редок. Он встречается только в усвоенных из других языков словах. Поэтому естественно, что в новом тюркском алфавите эта буква была принята в значении русского «Ч», а буква «Ç» — в значении «джь». Звук же русское «Ц» в тех тюркских языках, в которых его нельзя было заменить через «з», пришлось изображать двойной буквой «ts». Когда к латинизации примкнули не только тюрко-татарские народы, но также монгольские, иранские и другие, в языках которых звук русское «Ц» встречается сравнительно часто, то, естественно, для изображения звука «Ц» они приняли латинскую «С», как наиболее простую и удобную по своему начертанию и в то же время имеющую за собой известную традицию такого произношения. В аналогичных случаях можно найти в алфавитах целого ряда отдельных народов подобные отступления от унификации. Так, например, если две аналогичные в каком-либо звуковом отношении фонемы требуют в данном языке двух букв, из которых одна представляет собой усложнение другой, то в другом языке, в котором существует лишь одна из этих двух фонем, именно та, которая обозначается в первом языке более сложной буквой, вводится в алфавит, исходя из соображений его простоты — более простую, а не более сложную букву. В этих случаях в отдельных национальных алфавитах опять-таки делались сознательные отступления от фонетической унификации.

Приведу пример. В кабардинском и адыгейском языках имеются по два звука типа «х»: один — переднее (задне-твердонёбное) «х», близкое к немецкому ich Laut и второй — заднее (задне-мягконёбное увулярное) каб. «x» адыг. «x» с дрожанием язычка. Первый звук гораздо чаще употребляется чем второй:

Кабардинский Адыгейский
% частоты % частоты.
x 3,959 х 3.167
х 0,709 х 0.628

Ясно, что для первых звуков в обоих языках была выбрана более простая буква — латинское «икс», как для более частого звука.

В результате всей огромной практической и теоретической работы по латинизации, в СССР около 70 народов применяют отдельные национальные латинизированные алфавиты. Из этого общего количества (здесь сосчитаны, разумеется, лишь народы переходившие на латинский алфавит после Октябрьской революции) 63 народа применяют новый унифицированный алфавит, а 8 народов остаются пока на самостоятельно разработанных неунифицированных формах латинских алфавитах [sic!]. В основном новый унифицированный алфавит для всех 57 народов насчитывает в общей сумме 105 букв. Несомненно, что это число является максимальным и подлежит дальнейшему сокращению. Если уничтожить существующие в нем сейчас излишние пары букв с одинаковыми фонетическими значениями, то это число, сравнительно легко может быть сведено к 83 знакам. Основными знаками НА, — знаками, встречающимися в подавляющей массе унифицированных алфавитов, являются следующие 33: Аа, Вb, Сс, Çç , Dd, Ее, ([signe de Jakovlev]), Ff, Gg, (Qq), Нh, Ii, Jj, Kk, Ll, Mm, Nn, Oo, Pp, Qq, Rr, Ss, Şş, Tt, Uu, Vv, Xx, Zz, Yy, (zZ) и 34-й знак ' (апостроф).

Как видим к 25 буквам латинского алфавита здесь добавлено 8 букв, представляющих собой, главным образом, видоизменения латинских.

Самый большой по количеству букв алфавит — абхазский — насчитывают 51 знак (литеры), наименьшие — ижорский и китайский — насчитывают по 24 знака (литеры), в этом числе не сосчитано количество употребляемых в них двойных букв.

По количеству знаков алфавиты распределяются следующим образом:

  • 24 знака имеют Ижорский и Китайский алфавиты;
  • 26 знаков — Вогульский (мансийский), Корякский (нымылланский), Ламутский (эвенский), Молдавский, Якутский;
  • 27 знаков — Бурят-Монгольский, Тунгусский (эвенкийский), Осетинский — дигорский;
  • 28 знаков имеют Кумандинский, Эскимосский (юитский);
  • 29 знаков — Иранский (персидский), Ительменский (камчадальский), Казакский, Ойротский, Осетинский — иронский;
  • 30 знаков — Ассирийский, Белуджский, Вепсский, Горско-еврейский (татско-еврейский), Кетский (енисейско-остятский), Кирзиский, Лазский, Остякский (хантэйский), Шорский;
  • 31 знак — Дунганский, Ингушский, Калмыцкий , Каракалпакский, Карельский — южный, Таджикский, Таджикско-еврейский, Талышский, Уйгурский, Узбекский, Хакасский;
  • 32 знака — Гольдский (нанайский), Kарачаево-балкарский
  • 33 знака — Крымско-еврейский (крымчакский), Крымско-татарский Кумыкский, Чеченский;
  • 34 знака — Азербайджанский, Башкирский, Казанско-татарский, Остяко-самоедский (селькупский), Туркменский;
  • 35 знаков — Гилякский (нивхский), Курдский (ср.-азиатский)
  • li>Ногайский, Чукотский (луораветланский)
  • 36 знаков—Коми-зырянский, Коми-пермяцкий;
  • 37 знаков — Удэйский;
  • 38 знаков — Лезгинский, Лопарский (саамский);
  • 39 знаков — Аварский, Даргинский, Лакский;
  • 40 знаков — Шугнанский, Табассаранский;
  • 43 знака — Ненецкий;
  • 44 знака — Курдский — кавказский, Удинский;
  • 45 знаков — Цахурский;
  • 46 знаков — Кабардинский;
  • 50 знаков — Абазинский, Адыгейский;
  • 51 знак — Абхазский.

Таким образом, если просмотреть новые алфавиты с точки зрения числа отдельных литер в них, то окажется что не свыше 34 букв имеют 49 алфавитов, не более 40 литер (включая и предыдущие) — 63 и алфавитов свыше 40 литер 8.

Но, сокращение количества знаков, как в общей сумме, так и в отдельных новых алфавитах следует признать недостаточным. По проекту сокращения числа и упрощения форм букв нового алфавита, разработанному ВЦК НА, общее число знаков в суммарном новом алфавите может быть сокращено не менее чем на 33 литеры и сведено, таким образом, к 92 типографским знакам, взамен существующих сейчас 125. Это сокращение не вызывает больших изменений в существующих алфавитах (в каждом отдельном алфавите оно требует замены одной-двух литер большей частью сходными же знаками) и осуществимо даже без фонетической унификации. Дальнейшее проведение унификации всех неунифицированных алфавитов позволит еще больше сократить сумму знаков НА.

То же самое следует сказать и о сокращении букв в отдельных национальных новых алфавитах. Выше мы уже видели, что в общем около 70% всех латинизированных алфавитов не превышает 34 букв и около 90% их укладывается в пределах 40 букв (литер). Алфавиты в 34 буквы могут быть обслужены современной, наиболее передовой техникой набора (линотип) и телеграфной передачи (быстропечатающий аппарат). Алфавиты не свыше 40 букв также допускают их обслуживание производимым в СССР типом линотипа (в 90 каналов). Тем не менее 8 алфавитов, насчитывающих от 43 до 51 буквы, представляют собой затруднение при применении передовой техники набора. На очереди стоит задача сократить количество букв в этих алфавитах приблизительно до 40. Эта задача вполне осуществима. Так, отдельные республики уже имеют опыт такого сокращения, например, в 1932 г. было проведено сокращение числа букв в узбекском алфавите с 34 до 31. Отдельные попытки сокращений имели место и в других алфавитах. В настоящее время по проекту, разработанному (ВЦКНА, предполагается сократить количество букв в абхазском алфавите с 51 до 38, в абазинском алфавите — с 50 до 41. В адыгейском алфавите с 50 до 46, в кабардинском алфавите с 46 до 44 и т. д. Следует отметить, что это сокращение не идет за счет выражения всей полноты самостоятельных звуков — фонем этих языков. Сущность этого сокращения заключается в том, что наиболее редко встречаемые фонемы изображаются в перечисленных нами алфавитах не самостоятельными знаками, а составными — двойными литерами.

Наряду с тенденцией к сокращению алфавитов, мы сталкиваемся у ряда национальностей и с обратным стремлением — добавлять в алфавит буквы для выражения звуков, встречающихся в усвоенных интернациональных и русских словах.

Так, в ряде тюрко-татарских языков уже с самого начала введения латинизированной письменности встал вопрос об изображении звука русского «ц», который в тюрко-татарских по происхождению словах не встречается. Было принято изображение его или двойной литерой «ts» (перед гласной) или передача через другой звук «s» (после гласной). Позднее (в 1928 г.) кумыки в Дагестане, в связи с общедагестанской унификацией, приняли для того же звука специальную литеру «s», которую вслед за ними хотят принять и остальные кавказские тюрко-татарские народы (ногайцы, карачайцы, балкарцы).

В ряд алфавитов (например, балкарский, гольдский, бурят-монгольский, карачайский, киргизский, корякский, лакский, ламутский, чеченский) была введена буква «f» исключительно для усвоенных слов. В ряде языков количество таких добавленных литер довольно значительно: в бурят-монгольском — три буквы (f h v), в киргизском тоже три (f v x) в корякском — четыре (b d f h), в ижорском четыре (b g d y), наконец, в ногайском недавно добавлено (в 1934 г.) даже пять литер (с, h, s, z, ) [sic !].

Разумеется, нельзя ничего возразить против включения в алфавиты тех отдельных букв, которые требуются для передачи часто встречаемых в усвоенных интернациональных и русских словах звуков, но не следует включать большое количество таких знаков, в особенности для передачи только редко встречаемых и русских словах звуков, например, только для точной передачи русских фамилий и т. д. Иначе эта тенденция к излишнему добавлению букв сведет на нет борьбу с многобуквенностью алфавитов.

Поставленная сейчас перед ВЦК НА правительством задача сращения отдельных многобуквенных алфавитов и общей суммы знаков НА может и должна быть выполнена на основе уже введенной в ВЦК НА исследовательской работы.

Какие же преимущества имеет новый латинизированный алфавит по сравнению с другими формами западных алфавитов?

Во-первых, несмотря на отдельные отступления и некоторую непоследовательность в проведении унификации, новый унифицированный алфавит представляет собой первый опыт создания действительно междунациональной объединенной формы алфавитов. Несомненно, что эта унификация, по степени ее точности и последовательности будет возрастать по мере развития национальной письменности и научной работы в среде восточных народов СССР. Во-вторых, из-за отсутствия в основном двойных букв новый алфавит представляет собой педагогические удобства значительно большие, чем многие формы западноевропейских алфавитов. В-третьих, - благодаря тому, что основная масса букв в новом алфавите пишется без отрыва руки от бумаги, этот алфавит представляет собой значительные удобства для рукописного письма. В-четвертых, что является одним из главных преимуществ нового алфавита, отсутствие в нем часто употребляемых двойных букв и оторванных от корпуса буквы диакритических значков представляет собой огромную выгоду в отношении полиграфического производства. Процент экономии бумаги, типографского металла и всех издательских расходов по отдельным языкам при применении нового алфавита безусловно составляет не менее 10—15% по сравнению с теми же расходами, которые пришлось бы затрачивать в случае принятия алфавитов с двойными буквами. Из всего этого вытекает то огромное значение, которое имела латинизация алфавитов в СССР для развития национальной письменности. Для того, чтобы ясно представить себе всю важность и весь размах этого движения на советском Востоке, рассмотрим, как развивалась латинизация в СССР, начиная с 1930 г.

С 1929 г. начинается новый этап латинизации в СССР. Латинизация и унификация алфавитов тюрко-татарских национальностей, а также алфавитов других народов, пользовавшихся арабским письмом к этому году может считаться в основном законченной. К этому моменту подавляющее большинство тюрко-татарских национальностей, а также других народов СССР, применявших арабский алфавит, уже перешло на латинский алфавит. Среди этих народов дальнейшая работа по латинизации превращается в более углубленную работу по развитию их литературных языков, по разработке их орфографии, терминологии и грамматики. Вместе с тем, главные усилия по линии собственно латинизации алфавитов теперь направляются на новые участки работы. К движению за латинизацию начинают присоединяться национальности с иными средневековыми, отсталыми по технике, религиозными по содержанию, формами алфавитов (сирийский, монгольский, китайский иероглифический и др), а также с отдельными миссионерскими формами алфавитов на русской основе. По языкам это многие не тюрко-татарские национальности — монгольские, семитские, угро-финские, китайские, народы Севера и другие.

В этот период особые успехи в латинизации достигаются среди народов бесписьменных, или обслуживавшихся письменностью не на народном языке. Уже в 1928—1929 гг. впервые получают письменность на родном языке дунгане, ногайцы, уалыши, хакассы, а в 1931 г. табассаранцы (Дагестан), южные карелы, шорцы, шугнанцы и 15 народов Севера (вогулы, гольды, гиляки, ительмены, кеты или енисейские остяки, коряки, ламуты, лопари, ненцы или самоеды, остяко-самоеды, остяки, тунгусы, удейцы, чукчи, эскимосы). В 1932 г. разрабатываются алфавиты белуджский, абазинский, венский, ижорский, курдский (для среднеазиатских курдов), в 1933 г. — кумандинский, в 1934—1935 гг. появляется алфавиты цахурский, удинский и ставится вопрос о создании письменности на родном языке для малочисленных национальностей Таджикистана, Дагестана и Азербайджана. В настоящее время проблема национальной письменности в пределах СССР в основном разрешена, даже в отношении самых отсталых и малочисленных нацменьшинств.

За счет каких алфавитных форм развивается латинизация и унификация в СССР, показывает следующая таблица. [таблица]

Успехи латинизации в СССР оказали свое влияние и за пределами Союза. В 1928 г. официально перешла с арабской на латинскую письменность Турция. В 1930 г. латинский унифицированный алфавит вводится как впервые создаваемая национальная письменность в Тувинской народной республике. С 1928—1929 гг. вопросы латинизации начинают обсуждаться на страницах печати.

Если посмотреть, какое количество населения восточных национальностей СССР, какими алфавитными основами обслуживается, то численность отдельных национальностей по данным переписи 1926 г. будет выражена в следующих цифрах (в тысячах).

[таблица]

Таким образом все более или менее значительные по численности народы СССР имеют письменность на родном языке. Ниже приводится список тех народов и племен, которые еще не имели попыток создания письменности на родном или близком к родному языку. Эти малочисленные и в большинстве еще отсталые народы обычно обслуживаются на какой-либо из существующих письменных языков, которым владеет взрослое (обычно мужское) население. Таким образом в большинстве случаев они являются двуязычными (билингвами):

[таблица]

Из числа этих народностей и племен некоторые уже получше письменность (например, удинцы, цахуры). Некоторые малочисленные народы обучаются грамоте на русском языке как алеутов (ДВК, 443 чел. в пределах СССР), кумандинцев и других или на одном из близких родному литературных языков, — кипчаки (Узбекистан 32784)—на узбекском языке, водь (Ленинградская обл. — 694 чел.)—на вепсском языке, лебединцы (или шалганцы, Ойротия — 907 чел.) — на ойротском языке. Относительно некоторых народов частью ВЦК НА, частью на местах проработан вопрос о том, на каком из близких их родному литературных языков они могли бы обслуживаться. Так, карагассы (или тафалары, Красноярский край 450 чел.) могут быть обслужены тувинским языком, на одном из диалектов которого они говорят, тэты (мусульмане, Азербайджан, 73928 чел.) могут иметь общую письменность с горскими евреями. Кроме того, специальной экспедицией ВЦК НА в 1933 г. был изучен вопрос об обслуживании литературным языком большинства малочисленных народов Дагестана. Выяснилось, что некоторые говорят на диалектах существующих литературных языков (например, кайтаги на диалекте даргинского), другие нуждаются в использовании родного языка при усвоении грамоты (в первую очередь агулы, рутулы, андийцы, ахвахцы и дидойцы).

Во всяком случае, вопрос о создании письменности для малых народов, хотя и решен в основном, но требует дальнейшего изучения и уточнения. Даже для тех двуязычных народов, которые уже пользуются письменностью не на родном языке, необходимо организовать постоянное изучение методов внедрения этого литературного языка в школу и ликбезработу, а также изучение степени использования при этом их родного языка, чтобы максимально облегчить распространение грамотности и рост кадров из самых отсталых и мельчайших народов и племен.

С 1934—1935 гг. встают новые задачи в работе по языковому строительству народов СССР. Борьба с устарелыми формами, восточных алфавитов теперь в значительной степени уже потеряла свою остроту. На первый план выдвигаются вопросы развития литературных языков и издаваемой на них литературы. Жизнь настоятельно требует, чтобы ВЦК НА занялся вопросами развития литературных языков в их взаимоотношениях к диалектам и близким языкам, их орфографиями, терминологиями, разработкой словарей и грамматик этих языков. Все эти вопросы не могут быть решены без глубокого и планомерного научного исследования самих языков, их диалектов, их грамматического строя и словарного богатства. Наряду с латинизацией выступает задача строительства языка вообще. Вот почему, начиная с 1934 г., сама жизнь заставляет ряд восточных и невосточных народов, пользующихся алфавитами на русской основе, обращаться в ВЦК НА по вопросам изучения и развития своих литературных языков. ВЦК НА уже занялся вплотную развитием письменности мордвы, мари, чувашей, греков и др. В первую очередь, конечно, нуждаются в помощи ВЦК НА следующие восточные национальности, применяющие алфавиты на русской основе.

[таблица]

Но возвратимся к вопросам алфавита. Подлинная важность унификации и латинизации алфавитов, как революционного орудия просвещения трудящихся, с исчерпывающей ясностью вырисовывается из фактов, характеризующих развитие грамотности на родных языках среди восточных национальностей. Данные на 1932 г. по 6 крупнейшим восточным национальностям СССР, являющимся основными национальностями Узбекской, Казакской, Азербайджанской, Таджикской, Татарской и Туркменской республик, показывают, что из 12,4 миллионов населения этих республик — грамотных 5,8 миллионов. Это составляет в среднем к грамотоспособным возрастам около 66,5% или ко всем возрастам около 48,0%.

Рост процента грамотности по тем же республикам до и после Октябрьской революции на различных алфавитных основах характеризуется следующими цифрами (в процентах ко всему населению). [таблица]

За первые семь лет существования советской власти процент грамотности на родном языке на арабском алфавите вырос всего в два с лишним раза по сравнению с дореволюционным периодом. За вторые семь лет применения нового унифицированного алфавита процент грамотности в среднем увеличивается по тем же республикам в шесть раз. По отдельным республикам (Азербайджан, Казакстан, Туркменистан, Таджикистан) наблюдается еще более резкое увеличение процента грамотности — 7, 8, 16 и даже 22 раза. Наиболее быстрый рост грамотности падает как раз на долю наиболее отсталых до революции, в смысле национальной грамотности, народов. Очень показательны также цифры роста национальной грамотности в Калмыцкой АССР, где латинский унифицированный алфавит пришел на смену монгольскому и русскому алфавитам. [таблица]

К 1932 году культштурм, проведенный после введения нового алфавита трудящимися Калмыкии, при братской помощи пролетариата Нижней Волги, превращает Калмыцкую автономную область в область сплошной грамотности.

Эти успехи возможны только в нашей стране, в условиях Советского строя, на основе огромного хозяйственного и культурного подъема национальных республик и областей. Боевое проведение ленинско-сталинской национальной политики, обеспечившее ликвидацию хозяйственного и культурного неравенства ранее отсталых национальностей СССР обеспечило и успехи нового алфавита среди многочисленных народов нашей страны. Новый унифицированный алфавит на латинской основе явился вполне надежным орудием национального просвещения, адэкватным тем требованиям, которые предъявляют к технике письма в условиях пролетарской революции растущие потребности широких, масс трудящихся в просвещении, культуре и науке. Только на новом унифицированном алфавите впервые в истории письменность на родных языках среди восточных национальностей приобретает подлинно массовый характер.

Интересно отметить, что при сравнении процесса исторического развития национальных алфавитов на латинской основе на Западе и в СССР является противоположное направление этого развития. В условиях развития буржуазно-национальной культуры единый по своему происхождению латинский алфавит превратился в значительное количество весьма различных (по I значению букв и неисполнительным знакам), современных национальных алфавитов. Наоборот, в СССР различные средневековые феодальные и миссионерские формы алфавитов (арабские, монгольские, сирийские, русские миссионерские, китайская иероглифическая и прочие его разновидности) сменились за немногими исключениями унифицированным, объединенным для большинства восточных национальностей СССР новым алфавитом. В настоящее время процесс унификации в СССР продолжает развиваться в сторону все большего и большего фонетического и графического объединения отдельных национальных алфавитов, все большего и большего упрощения форм отдельных букв и сокращения их числа, что еще больше усиливает роль нового алфавита в строительстве культуры национальной по форме и социалистической по содержанию, укрепляет интернациональную связь народов СССР.


[1] Буква W в первоначальном НТА не употреблялась, как излишняя для тюрко-татарских языков. Впоследствии она вводилась в отдельные национальные алфавиты тех языков, которые имели по две фонемы — билабиальное V' и лабио-дентальное V.

[2] Под литерой мы понимаем типографский, а под буквой — алфавитный (например, в букваре) знак.


Сводная таблица алфавитов якутского языка

Comments